• Increase font size
  • Default font size
  • Decrease font size

Мужчина и женщина (Юрий Андреев)

]]>Печать]]> E-mail
Оглавление
ПРЕДУВЕДОМЛЕНИЕ ОТ АВТОРА
Часть первая. ПРЕДИСТОРИЯ. ГОВОРИТ ЕГОР
Эпиграфы к главе
ГОВОРИТ НАСТЯ. КАК Я СТАЛА ЖРИЦЕЙ ЛЮБВИ
ГОВОРИТ НИНА ТЕРЕНТЬЕВНА. ТУСКЛОЕ ПОТРЕСКАННОЕ ЗАЗЕРКАЛЬЕ
ВЕЩАЕТ АВТОР. В ПОИСКАХ ГАРМОНИИ
Часть первая
Часть вторая
МЕЖДУ ПРОШЛЫМ И БУДУЩИМ. ВСПОМИНАЕТ АНАСТАСИЯ. В ОДНО ПРЕКРАСНОЕ УТРО...
ОТ ЕГОРА ...НЕ ПОЛЕ ПЕРЕЙТИ.
РАЗМЫШЛЯЕТ ВСЛУХ НИНА ТЕРЕНТЬЕВНА. ПОЧЕМУ ТВЕРДЫЙ, БУДТО ЛИШЬ С ГРЯДКИ ОГУРЕЦ ПОЛЕЗНЕЙ, ЧЕМ ВАРЕНАЯ ЛАПША
НОВАЯ ПЕСНЬ ПЕСНЕЙ. ПИСЬМА АЛЕВТИНЫ
ОТ АЛЕВТИНЫ - ЕГОРУ
В ПОИСКАХ ГАРМОНИИ
Часть вторая
Часть третья. НОВЫЕ ВРЕМЕНА. ИВАН-ДА-МАРЬЯ. МЫСЛИ ВСЛУХ
ОН и ОНА
Стол всегда завален бумагами, папками, книгами
Разговаривает с коллегами
Отсутствует на работе
Шеф пригласил позавтракать в ресторане
Назначен день свадьбы
Держит на рабочем столе фотографию своей семьи
ЕГОР. Возвращение
АНАСТАСИЯ. Озарение
ЗАВЕТЫ И СОВЕТЫ
КАК НАЙТИ СВОЮ КОМПЛЕКТУЮЩУЮ ПОЛОВИНУ?
ПОУЧЕНИЕ ОТ НИНЫ ТЕРЕНТЬЕВНЫ. ЗАВЕТЫ И СОВЕТЫ
ВЕЩАЕТ АВТОР В ПОИСКАХ ГАРМОНИИ
Часть третья
Позиция Расход калорий
ИВАН-ДА-МАРЬЯ. МЫСЛИ ВСЛУХ
ЕГОР. Высвобождение. Наслаждение
Цель
АНАСТАСИЯ. Предуготовление
ПОУЧЕНИЕ ОТ НИНЫ ТЕРЕНТЬЕВНЫ. ЗАВЕТЫ И СОВЕТЫ
ОТ АВТОРА. Как сотворить единое целое, или Высшая тантра. Вместо заключения
ЕЩЕ О РАЗЛИЧИЯХ

Часть первая

Эпиграфы к главе

- Ведь у животных так же, как и у людей, смертная природа старается стать по возможности бессмертной - вечной. А достичь этого она может только одним путем - деторождением, оставляя всякий раз новое вместо старого... Бессмертия ради сопутствует всему на свете рачительная эта любовь. Выслушав ее речь, я пришел в изумление и сказал: - Прекрасно, премудрая Диотима. Но неужели это действительно так?

И она отвечала, как истинный мудрец:

- Можешь быть уверен в этом, Сократ. Возьми людское честолюбие - ты удивишься его бессмысленности, если не вспомнишь то, что я тебе сказала, и упустишь из виду, как одержимы люди желанием делать громким свое имя, "чтобы на вечное время стяжать бессмертную славу", ради которой они готовы подвергать себя еще большим опасностям, чем ради своих детей, тратить деньги, сносить любые тяготы, умереть, наконец...

Те, у кого разрешиться от бремени стремится тело, - продолжала она, - обращаются больше к женщинам и служат Эроту именно так, надеясь деторождением приобрести бессмертие и счастье и оставить о себе память на веки вечные. Беременные же духовно - ведь есть и такие, - пояснила она, - которые беременны духовно, и притом в большей мере, чем телесно, беременны тем, что как раз душе и подобает вынашивать. А что ей подобает вынашивать? Разум и прочие добродетели.

Родителями их бывают все творцы и те из ремесленников, которых можно назвать изобретательными. Самое же важное и прекрасное - это разуметь, как управлять государством и домом, и называется это умение благоразумием и справедливостью.
Платон. Из "Избранных диалогов"

Эх, до чего же хорошо иметь четырех жен! Первой скажешь, что пошел ко второй, второй, что к третьей, третьей, что к четвертой, четвертой, что к первой, а сам пойдешь на сеновал и выспишься!..

- Была тут одна наша черкешенка, сбежала к карачаевцу, любовь, видишь ли, у них! Ну, мы ее, суку, конечно, убили. Тут прокурор - возмущается!.. Тогда наши старики пошли к нему, все объяснили, понял...
Из рассказа шофера, который подбрасывал нашу альпинистскую группу в Терскол

Милая, милая Нина Терентьевна! Нашла, наконец, одно-единственное слово для той беды, о которой поведали Егор и Настя! Вычислила имя злой волшебницы, которая усредняет между собой в схожей бездарности очень разных мужчин и -женщин. Я не только с тобою согласен, но даже попрошу тебя, врача с полувековым стажем, неувядаемую женщину с феерической личной биографией, помочь всем нам своим авторитетом и опытом, чтобы хоть в какой-то степени ликвидировать нашу общую безграмотность.

И однако, старшая и мудрая подруга моя, глубоко мною почитаемая, позволь осторожно возразить тебе: нет, к одному лишь слову не сводится суть тех конфликтов, семейных коллизий и кровавых композиций, с которыми мы столкнулись, сталкиваемся и будем сталкиваться, существуют страны (не так их, правда, много, но они есть), в которых овладение сексуальной грамотностью уже давно, во всяком случае, на протяжении десятилетий является государственной заботой. В скандинавских странах, например, почти повсеместно изучение интимных отношений во всей их практической прикладной широте является одной из обязательных школьных дисциплин. В немалом количестве западных стран специальные каналы телевидения после полуночи ведут показательные предельно откровенные занятия по сексу. Имеется множество своего рода универсамов с набором учебной литературы, наглядных пособий и различных вполне материальных приспособлений для секса. Не редкость увидеть в подобном немецком, скажем, секс-шопе семейную пару, которая хозяйственно перебирает, чтобы приобрести, при первенствующей роли жены, член-вибратор, ибо муж по какой-то индивидуальной причине не может сполна удовлетворить ее половые потребности.

И что же, моя дорогая Нина Терентьевна, в этих сексуально грамотных странах нет личных драм и трагедий? Нет мучительных разрывов, разводов и душераздирающих семейных историй? Сколько угодно, ничуть не меньше, чем у нас!

Сказанное никак не отменяет необходимость нашего ликбеза, но предполагает взгляд и более широкий, подразумевает вид с более высокой колокольни или, по-современному, со спутника, чтобы уразуметь направление и ход тех глобальных течений, которые мощно и безостановочно движутся сквозь весь мировой океан, свободно пересекая и оставляя без внимания любые государственные рубежи.

Что же это за течения, что за Гольфстрим или Куросио неудержимо несет свою энергию - разрушительную? созидательную? - через народные толщи, увлекая за собой судьбы миллиардов людей, как невесомые былинки? Это - изменения в семейном строе и, глубже того, изменения в структуре отношений "мужчина- женщина". Исторически стремительные и всемирно-исторически значимые изменения.

Каждый считает, и к тому у него имеются основания, что он - индивидуален, а судьба у него - неповторимая. И это правильно. Как правильно и то, что и он сам (индивидуальный) и судьба его (неповторимая) льется-несется в общем едином со всеми потоке экономических форм жизни, нравственности, политических игр, юридических уложений и семейных отношений. Как иронически сказали бы прежде: колеблемся вместе с генеральной линией партии. Только не партии, а мироустройства. И все нынешние семейные коллизии, все современные взаимоотношения между "М" и "Ж" суть коллизии, окрашенные цветами нашей эпохи, а поэтому все личные конфликты заметно прояснятся, если их ввести в общий контекст.

По старой (не знаю, дурной ли, но уж точно - дорогостоящей) привычке я выписываю довольно много газет. И вот почти одновременно в двух газетах прочел две заметки - прямо противоположной направленности.

Вот изложение сюжета и опорных мыслей из одной статьи, посвященной литовской женщиной женщине бурятской и опубликованной в газете для женщин русских:

"Господь Бог разделил человечество на мужское и женское начала отнюдь не просто так, совсем не от того, что не нашел другого способа продления рода человеческого. Непосредственно для размножения удобнее было бы изобрести какой-нибудь более рациональный механизм.

Суть мужского начала - это способность превращать хаос в упорядоченную жизненную программу, женского - способность наполнить эту программу чувственным, эмоциональным содержанием. Смысл Ее оценки в создании определенного пространства, в котором только и может реализоваться то, что Он предлагает.

Два года назад у меня была совершенно потрясающая встреча - я познакомилась в Ташкенте с женой ламы Дашнимы из дацана на Байкале. Она была одновременно и его ученицей. Это естественно - в доме ламы может жить только близкий по духу человек. И жила она в еще более трудных условиях, чем все мы: муж весь в делах, а в семье четверо детей, и дацан стоит прямо в лесу. Кругом тайга - совсем не весело.

Вокруг нас было много молодых женщин, уверенных в том, что хорошо знают, как надо жить. А мы с ней в течение нескольких часов обсуждали вопрос о том, как устроить жизнь так, чтобы убирать квартиру, когда мужа нет, и чтобы муж не касался домашнего хозяйства, уважая при этом жену. Мы выяснили, может ли женщина небрежным голосом, непричесанная, посреди захламленной квартиры и неумытых детей послать мужа вынести мусор - и сделать при этом так, чтобы дети действительно относились к отцу, как к Богу.

Я понимаю, что с точки зрения многих наших женщин - это крамола. И в том наша беда.

А в принципе ведь это неважно: к отцу ли мы относимся, как к Богу, или же к Богу впоследствии начинаем относиться так, как прежде относились к отцу. Вопрос в другом: нужен ли ребенку отец, которого трудно даже просто уважать?

Женщина может быть по-настоящему женщиной только в своих отношениях с детьми и с мужчиной. Хотите быть женщиной? Будьте. Для этого нужно: быть готовой к служению к тому, чтобы всецело принять направление жизни своего мужчины и, самое главное, - иметь при этом избыток эмоционального тепла, чтобы отдавать его, не считая."

Вот переложение другой газетной статьи, которая раскрывает смысл книги, опубликованной женщиной американской и с энтузиазмом переведенной русской женщиной:

1. Не испытывайте к мужчинам материнских чувств, не заботьтесь о них, как о мальчиках, иначе они будут вести себя, как маленькие дети, и утратят к вам сексуальное тяготение. Если вы будете помощником мужу, он обленится.

2. Не ставьте себя на второе место после него и не отдавайте в обед ему лучший кусок. Не приносите себя в жертву, иначе вы утратите свою женственность, свою независимость, свою принципиальность, свое самоуважение. Чем больше вы жертвуете, тем меньше вам остается.

3. Не верьте в мужской потенциал, не спасайте мужчин в сложных для них ситуациях, не отдавайте им свою любовь, энергию и время, не работайте на них. Любите их такими, какие они есть, а не такими, какими хотите видеть их завтра.

4. Не скрывайте своего блеска и своих способностей, не приглушайте своего ума для того, чтобы он не затмил в людских глазах ум вашего мужа.

5. Не отдавайтесь во власть мужчин, а властвуйте над ними!

6. Не притворяйтесь маленькой и слабой чтобы получить желаемое от мужчины, иначе он перестанет вас уважать и его любовь ослабнет.

Не буду пока комментировать взгляды ни первого дипломированного философа, ни второго (о втором, вернее, о второй известно, что ей принадлежит также книга "Как заниматься любовью без остановки" и что она возглавляет Центр развития личности в Лос-Анджелесе). Замечу лишь, что даже если бы специально нужно было сочинить диаметрально противоположные мировоззренческие позиции, декларирующие взаимоотношения "М" и "Ж", то наглядней это противостояние, по-видимому, выразить было бы и нельзя.

Данные убеждения - порождения действительности, причем на уровне самых ее фундаментальных основ, таких, как природно-географические условия жизни нации, как пути развития и характер ее экономического строя, как особенности ее политической истории - в сочетании и в конфликтах с историей сопредельных государств, как своеобразие их верований и морали, то есть самых крупных категорий общенародного бытия. И мало того, что эти семейные и межполовые взаимоотношения - порождение реального бытия, они еще порождение бытия, меняющегося во времени. Мало и этого: в рафинированно-чистом виде вряд ли их встретишь в какой-либо отдельно взятой стране, ибо все в мире находится во взаимопереплетении, взаимовоздействии, пересечении течений.

Не уходит из моей памяти достаточно давний уже эпизод. Представьте себе одно из крупнейших в стране (да и во всем мире) московское издательство на тысячу двести работников, ультрасовременное многоэтажное здание из бетона и стекла, бесконечные коридоры, холлы с мягкими креслами, несколько лифтовых каналов и т.д. и т.п. И по всем этим этажам, коридорам, лифтам и т.д. снуют фактически одни только элегантные женщины, у подоконников толкуют между собой, красиво стоят с изящными пахитосками в тонких пальчиках одни лишь модерновые девы, в холлах беседуют с авторами исключительно редактрисы. Меня в свою редакцию ведет, скажем, Лариса Губина, стройная, с безупречным вкусом и очень дорого одетая, макияж которой - чудо косметического искусства, ибо он вроде бы почти незаметен, но, с другой стороны, создает такой божественный, фактически неземной облик, что!.. А едва уловимые, но терпкие духи высшего класса, а точно продуманная небрежность прически белокурых волос, а шарм легкой летящей походки, а приветственные жесты, а мимолетная улыбка, а заманчивый блеск карих глаз?! И если добавить к сказанному, что Лариса в совершенстве владеет почти всеми европейскими языками, что у нее на счету - десятки переведенных и изданных ею книг, что она - главный кормилец своей семьи, то перед нами абсолютное воплощение того женского идеала, что был представлен чуть выше в книге мадам американки. Я спрашиваю ее:

- Лариса, а мужчины-то у вас в издательстве есть? - А, держим с десяток в начальстве, пока они нам не мешают, - небрежно отмахнулась она. - Ну, и эмансипация... - протянул я. Тут-то и случился и длился всего-то одну- две секунды тот незабываемый эпизод, ради которого я и излагаю эту историю: европейски образованная женщина, красавица с отточенными манерами, вдруг обернулась ко мне, глаза ее засверкали, лицо перекосилось и на мгновение стало диким ликом! Неожиданно хриплым голосом она ка-а-ак врезала мне, что называется, меж бровей огненную фразу на великом, могучем и свободном русском языке относительно того, куда бы она послала всех сторонников этой эмансипации!!!

Я остановился, опешил. Мифологически чудовищный лик чудесным образом тотчас обратился в обаятельное спокойное лицо, прежний небрежно- горделивый голосок обронил одно только слово: "Извините!", и она вновь бодро и часто зацокала каблучками своих супермодных туфелек, легко передвигаясь вперед. Иначе говоря, под всем этим импортным шмутьем и обликом живет и, как оказалось, терзается душа, глубоко исстрадавшаяся по совсем другим отношениям.

Женская душа, которая и на дух не выносит эту готовность современных мужчин переложить, на нее не только бремя полной самостоятельности, но еще и содержания семьи. Это значит, что в сердцевине своих взглядов и не очень-то далеко от поверхности Лариса держит идеал, который чуть выше был сформулирован устами литовской женщины; это значит, что весь ее независимый облик и манеры типа "эмансипе" - не более, чем хорошая мина при плохой игре. У меня уже не было сомнений в том, что ей больше - неизмеримо сильнее! - хотелось бы жить "за мужем", за спиной человека, который и принимал бы на себя основную меру решений и основную нагрузку по обеспечению реального достатка семьи. Я отлично, отчетливо понял, каких неимоверных усилий, какого перенапряжения психики требовал, причем практически неспрестанно, тот облик и тот уровень жизни, который приняла на себя Лариса. Так в подобном ли состоянии почти непрерывного стресса из-за принимаемых трудных решений счастье женщины?

И еще один простенький вопрос: а соответствует ли ее образ лидирующего поведения нашим вековечным и тысячелетним традициям и представлениям о роли женщины в семье?

И еще более простенький: а разве не оказались в значительнейшем проценте все наши русские (украинские, белорусские, казахские и т.д.) женщины в ситуации той же модели, которую явила мне восхитительная элегантная женщина Лариса Губина? Разумеется, дело не в атрибутах облика: путевая железнодорожная рабочая Марфа Никитична выглядит, конечно, иначе, чем она, и занятия у нее иные. Но мучительное раздвоение единой сущности в принципе то же: принудительная сила обстоятельств, толкающая к принятию самостоятельных решении и непомерному труду, с одной стороны, и вековечное стремление (подавленное) жить за мужем, поильцем, кормильцем, защитником.

И теперь: разве Томила в замужестве за Егором, разве Анастасия в замужестве за Олегом жили по модели, изложенной литовской женщиной? Нет, общественная ситуация толкала их к модели, представленной американкою. И отсюда - из жизненной установки - проистекали многие драматические сложности их биографии. А не только из непроглядной сексуальной серости, как утверждает моя дорогая Нина Терентьевна.

Выходит, что автор целиком за литовский (точнее, домостроевский вариант)? АН, нет, не будем торопиться, дело выглядит много сложнее. И сложность эта проистекает из удивительной изменчивости всех институтов на Земле. Мы постараемся, конечно, вычленить ядро проблемы, но должны себе отчетливо представить и всю ее многосложность, и связь - каждый раз свою - с обстоятельствами бытия.

Сначала об этой связи. На что уж в качестве извечных, незыблемых постулатов воспринимаются постулаты, гениально сформулированные в Ветхом Завете: не убий, не укради, чти отца своего и иные. Но, во-первых, вспомним, что заветы эти в свое время были восприняты как крутое диссидентство, как нарушение исконных нравственных норм (сравним прежнее: "Око за око" - и новое: "Если ударили тебя по одной щеке, подставь другую").. Во-вторых, вспомним, что совсем недавно, еще в прошлом веке у некоторых северных народов счастливым считался тот отец, у которого был сын, способный лишить его жизни. Да только ли на Ледовитом океане? И в Японии не столь уж давно были счастливы те родители, которых сын мог сбросить в пропасть, лишить дыхания, либо другим способом отправить в почитаемую страну предков. Как же так: общечеловеческие "чти отца своего", "не убий" и тут же, вернее, много позже этого...

Так вот: не человек для субботы, а суббота для человека, как справедливо утверждали древнееврейские мыслители, не человек для морали, а мораль для человека, для выживания его рода. И поскольку условия выживания в разных странах в разные времена отличались разительно, то полярно противоположный лик, случалось, являла и категория нравственности. Вернемся же к эскимосам и японцам недавно прошедших времен: в условиях жесточайшего голода род, племя могли выжить и продлить свое существование только за счет распределения оставшихся крох пищи и жира между молодыми и сильными. Так что же: оставлять брошенных в голоде и холоде стариков на долгую и мучительную смерть, либо же мгновенно избавить их от страдания? Что в этих экстремальных обычаях, типичных для жизни народности, морально, что аморально? А ведь из условий бытия вытекают и представления о сыновьем долге, прямо противоположные христианским заповедям. Еще пример: самоубийство - тяжкий грех, самоубийц по христианским канонам даже нельзя хоронить на общих кладбищах. Но вот повесть Ч. Айтматова "Пегий пес, бегущий краем моря": нивхи-рыбаки, унесенные на лодке в море, один за другим уходят за борт, в физическое небытие, чтобы сохранить остаток воды для поддержания жизни единственного ребенка, оказавшегося с ними. Чтобы не прервалась нить родовой жизни, которая тянется из безмерной глубины прошедших тысячелетий и не должна пресечься. Как относиться к таким самоубийцам, как относиться к нашим воинам, положившим живот за други своя?..

Такова была прелюдия к россыпи совершенно несхожих фактов, которые сейчас воспоследуют.

Уклад жизни Ларисы Губиной, о которой я чуть выше поведал, побудил ее, вполне эмансипированную женщину, эту эмансипацию возненавидеть. Сравним: в многочисленных романах недавних писателей-деревенщиков исповедывался в качестве идеала образ русской женщины априорно, изначально весьма далекий даже от мысли об эмансипации, то есть довольных тем укладом, по которому тоскует модерная Лариса. Их строй жизни (в том числе и семейный) своим корнями уходил в те прошлые обстоятельства православной сельской жизни, когда и общине, и в семье, по определению писателя-деревенщика XX века В. Белова, царил лад. Но вот проблема: лад ли царил? Писатель-деревенщик, но только XIX века А. Энгельгард в своих письмах "Из деревни" доказывает, что жалкой ролью и бесправным местом своим в семье русская женщина была очень и очень недовольна. Писатель- помещик принялся сдавать на обработку свой лен не главам семей, мужикам, а непосредственно женщинам и платил непосредственно бабам, из рук в руки. Что он получил? Выражаясь языком экономики, бурный рост производительности труда, который возникает тогда, когда труд подневольный заменяется трудом на себя. Как ни ругался раньше мужик, а бабы и половины пеньки не наминали против того, что мяли теперь, работая на себя. "Это мне говорили сами бабы: "Чаво я буду дома из сил выбиваться на хозяина? А тут я на себя работаю".

И до какой степени на себя работали, так отделяли собственные интересы от забот патриархальной, домостроевской семьи, что бывало в доме нечем было платить за повинность, хлеба нет, а у бабы все есть - и Деньги, и хлеб, и наряды, а взять этого хозяин не моги, иначе бунт будет на всю деревню, и другие бабы ее поддержат. И о том А. Энгельгард писал, что рьяными и первыми противниками больших патриархальных хозяйств опять же были бабы.

Вопрос: почему "роскошная" городская женщина XX века Лариса Губина внутренне вожделеет к тому ладу, из которого, напрягая жилы, рвались прочь крестьянские женщины XIX века?..

Еще серия противоречивых примеров, способных дать весомую информацию для размышлений. Вот слова святого Апостола Павла; "Жены своим мужьям повинуйтеся, якоже Господу". Вот слова святого Апостола Петра: "Вы же, жены, также покоряйтесь мужьям вашим. И тогда, если некоторые мужья не будут послушны Богу, то без слов убедите их уверовать, подавая им пример своим поведением, ибо они увидят, как безупречно и почтительно вы ведете себя". Не буду и упоминать грозного и однозначного: "Жена да убоится мужа своего". С одной стороны.

С другой: история от древности до наших дней насчитывает множество действительно великих жен, смысл жизни которых был отнюдь не в повиновении своим мужьям, а в существенных самостоятельных действиях, либо же в уверенном нравственном руководстве своими мужьями.

Лучше, чем академик Д.С. Лихачев, не скажешь о великих женщинах Древней Руси. Когда корреспондент журнала "Наука и религия" попросил его интерпретировать летописные сведения о равноапостольной святой княгине Ольге, родоначальнице женских правлений в нашем государстве, Дмитрий Сергеевич произнес вдохновенную тираду о знаменитых женщинах Древней Руси: "Для меня княгиня Ольга - своеобразный символ матриархата. Спокойная, уравновешенная женщина, прозорливая правительница, проявляющая при этом и мудрость, и твердость, и отвагу. Об этом говорит и ее отношение к войне, лишениям. А вспомним исполненное особой сложности путешествие к византийскому императору - она отлично владела искусством дипломатии. Все это качества, документально подтвержденные, вполне доказывают, что женщина на Руси не была униженной. Тому примеры - и Евфросинья Полоцкая, и княгиня Мария, руководившая восстанием против орды. А более поздний образ - Феодосия Морозова, боярыня, оказавшаяся одним из главных действующих лиц трагедии раскола. На мой взгляд, это была не менее значительная фигура, чем протопоп Аввакум. Кстати, ее переписка с Аввакумом, другие источники рисуют ее как прекрасную мать, хлебосольную хозяйку, вообще поразительно одаренную русскую женщину с ярким живым умом, бесспорно преобладавшим над чувствами, сколь сильными они не были.

Удивительно, как все эти замечательные женщины владели словом. В летописях переданы слова Ольги, которые и сегодня воспринимаются как афоризмы. Ольга - первая из русских князей, поставившая себя наравне с византийским императором. Не случайно и церковь причислила ее к лику святых как первую христианку среди князей. Надо понять, что принятие христианства в те времена означало прорыв вперед. Ее сын Святослав отказался от новой веры, боясь, что дружина начнет смеяться над ним. Княгиня-мать оказалась выше предрассудков времени. Жизненный пример Ольги, принявшей христианство, для Владимира - такой же стимул к крещению, как для киевлян пример самого Владимира. Ольга, как "денница пред солнцем", как "заря пред светом", предшествует Владимиру, чье дело развил и умножил Ярослав Мудрый".

Вопрос вполне риторический: похожа ли эта реальная женщина-предтеча, "заря перед светом", на кроткую смиренную рабу мужа и сыновей своих? Похожа ли равноапостольная (!) на тот образ, коий исповедовали апостолы? И в том же плане: а Екатерина Великая? А Елизавета Петровна? А Жанна д'Арк? А Индира Ганди? А Маргарет Тэтчер?..

Метнемся совершенно в иную сторону: разве кротость и верноподданность обусловили то, что Полетт Годар, после того, как в двадцать два года она бросила мужа-миллионера, стала женой Чарли Чаплина, затем знаменитого актера Кларка Гэйбла, затем - композитора Джорджа Гершвина, наконец - Эриха Марии Ремарка? Интимным ее другом был Альберт Эйнштейн. Отличительными ее чертами являлись тонкая красота, философский склад ума, постоянное чувство юмора и неукротимое свободолюбие.

Но, с другой стороны, вспоминаются противоположные примеры! Анна Григорьевна Достоевская - всю жизнь, все силы души отдала служению своему столь непростому спутнику, как Федор Михайлович. Вот Элеонора Рузвельт - тоже воистину святая женщины. В 1905 г. она случайно встретилась со своим двоюродным братом, их знакомство началось с того, что она повела его в нью- йоркские трущобы, чтобы показать ему дно, изнанку жизни Америки бедняков. Когда они поженились, она всю жизнь напоминала ему о малоимущих, не давала уснуть его мысли о них.

Она всю жизнь помогала ему, и когда через пятнадцать лет совместной жизни он увлекся другой женщиной, она предложила ему условие - они чужие, но для всех в мире - они супруги и по-прежнему вместе занимаются политической работой. Но когда через год Франклина разбил паралич, она реально вернулась к нему и ухаживала за ним до конца дней самоотверженно.

Так к какой же модели относятся все эти непохожие примеры? К литовской, к американской? Да ни к какой!.. Но содержится ли в конце концов в этих несхожих примерах, хоть что-либо, проливающее свет на причины драматических конфликтов в жизни героинь нашей повести? Имеется, видит Господь, эта общая сердцевина, имеются такие общие слова. Вот они: стремление каждой к душевной гармонии в соответствии со своей натурой. И столкновение - часто жестокое - с противодействующей действительностью. Анна Достоевская смогла полностью самореализоваться прежде всего в служении своему мужу, а Маргарет Тэтчер - своему социальному укладу, мужу - затем.

Любой из нас может тысячекратно увеличить число примеров о стремлении каждой женщины к своему собственному индивидуальному призванию (то ли согласно учению апостолов, то ли согласно поведению равноапостольной жены). Но вот что непоколебимо: каждая выбирает свое русло, каждая стремится преодолеть сопротивление обстоятельств своего времени, своих национальных и своих экономических условий. Поиски своей гармонии совершаются в своей среде, с ее укладами и обычаями, то есть русло-то идет между берегов.

И до чего же различаются эти берега и эти страны, через которые пролегают эти русла!

В легендарной Древней Греции, например, любовь считалась дурью, блажью, воспалением мозгов, допустимым для неотгулявшей молодежи, но к браку никакого отношения она не имела, семья строилась исключительно для того, чтобы продолжать род. Вне дома все заботы были на муже, в доме - на жене. В сексуальной жизни мужчин фактически не было ограничений за исключением одного: в нее нельзя было вовлекать чужих жен. Да и зачем, когда существовал развитый институт изящных и образованных гетер, когда существовали дома терпимости? Так, по своим законам, и жили "М" и "Ж", стремясь к гармонии в рамках уложений именно своего общества.

Так, по своим законам, не похожим на наши, живут сейчас ливийцы, в чьей стране прокатилась могучая волна протеста, когда правительство захотело было отменить многоженство. Самое удивительное для нас, что волну эту погнали... женщины! А дело в том, что по ливийским законам, каждая из четырех возможных жен должна быть полностью обеспечена мужем, каждая жена и дети от нее должны жить в отдельном доме, а муж обязан всех детей и жен содержать на основах равной заботы и достатка. Документально оформляется, сколько раз в неделю муж должен быть у каждой жены, и жены чаще всего не только сами встречаются друг с другом, но и становятся близкими подругами и фактически родственницами. А что им делить, в самом деле?..

По своим законам, не похожим ни на древнегреческие, ни на ливийские, создаются семьи, например, в Камеруне, где каждый мужчина имеет право на такое количество жен, какое сможет безбедно содержать. Так популярный и богатый певец Монго Файя в возрасте тридцати пяти лет имел сорок шесть жен, но мечтал о шестидесяти. Он рассказывает, к примеру: "Однажды, когда я записывал в студии новую песню, мне помогал ансамбль из пяти женщин. Мы так подружились, что вскоре устроили одну общую свадьбу".

Активная творческая деятельность не позволяет певцу постоянно жить в окружении всех домочадцев. Вместе с мужем в городе Дуале живет лишь небольшая часть жен, а остальные - в деревне, откуда он родом. "Я наведываюсь туда два раза в год и беру кого-нибудь в город. Вот почему я никогда не устаю от своих жен, - раскрывает певец свой секрет. - Они разного роста и внешности, но все прекрасны, и все - мои любимые".

По словам Карине, его первой жены, в гигантской семье царит взаимопонимание. Однако свои проблемы есть и у этой семейной идиллии. И порождают их не двадцать восемь детей, а родственники по женской линии. "Я даже не знаю, скольким людям прихожусь зятем, - признается Монго. - Их должно быть не меньше двухсот. Причем тещи все время грызутся между собой. Каждая считает, что именно ее дочь - моя самая любимая жена. Я думаю, это просто безнравственно".

Вот такие, логичные представления о нравственности. Замечу, что они гораздо более гуманны, чем к примеру турецкие той недавней поры (до 1909 г.), когда султан мог иметь многочисленный гарем: далеко не все ведь знают, что обитательницы гарема не были женами, они были рабынями, наложницами. На протяжении более чем шести веков ни один из турецких султанов женат не был! Кроме того, под настроение или чтобы развеять хандру он мог лишить жизни любую из них. Казни многообразием не отличались: женщину засовывали в мешок, забивали туда же камни, все это зашивали и сбрасывали с лодки в воды залива... Но ведь были и такие, кого султан вовсе не удостаивал своим вниманием: они всю молодость мытарились по десять душ в узких клетушках под надзором грозных евнухов и у многих из них "звездный час" так и не наступал. Так что жизнь у жен камерунца куда как веселей, чем у турецких рабынь (тем более, что иные из них физически устранялись жестокими царедворцами, если входили в очень уж высокий фавор, как например, венецианская красавица Сафия при дворе Мурада III).

И вот теперь, полностью подготовив восприятие читателя, я подхожу к той мысли, ради которой затеял свой корректный спор с Ниной Терентьевной: а что будет, если пересадить рыбку, взраставшую, к примеру, в вольных водах ливийской традиции, в залив Золотой Рог у Стамбула, где придонное течение заставляет прихотливо колыхаться сотни вертикально стоящих мешков? Худо пришлось бы этой рыбке! Несладкой показалось бы ей жизнь и в крикливой, хоть и дружелюбной деревенской толпе камерунских жен... А ведь я делаю эти гипотетические перестановки лишь в пределах официальной законной концепции современного многоженства. А если перенести моногамную женщину да еще из совсем другого исторического периода, скажем, почтенную греческую матрону, полновластную владычицу богатого дома и многочисленной рабской челяди, почитаемую мужем в качестве матери его детей и мудрой домоправительницы, если такую-то золотую рыбку из древнего Эгейского моря бросить в море Красное, что омывает берега Египта, в котором многоженство в сельской местности есть лишь слегка видоизмененная форма производственной артели?

Теперь - внимание!

Греческую матрону, достопочтенную жену, допустим, супругу Фемистокла (который шутя говаривал, что он правит Афинами, им же - правит жена) мы лишь гипотетически можем перенести через века и страны в гарем Мурада III. Однако миллионы и миллионы нынешних рыбных мальков, произраставших в мощных водах всеобъемлющего славянского исконного уклада, принудительной волею обстоятельств ныне реально оказались занесены в течение, которое несется совсем от другого материка. Я имею в виду не только наших блондинок, которых десятками тысяч увозили их чернокожие возлюбленные в свои африканские дома, иногда в качестве третьей жены (сиречь, увозили в иные исторические эры). Моя мысль сейчас шире: я говорю о потоке, который движется в прямом смысле слова от другого материка - с весьма отличающимися духовными, экономическими, религиозными, ментальными устоями по сравнению с теми, что заложены изначально в наш психический и нравственный уклад.

В гигантской воронке, в бурном смешении несхожих вод оказались и Томила, и Дарья, и Анастасия, и их мужья, и все мы с вами, в том числе и столь почитаемая мною Нина Терентьевна с ее несчастной многомужней (до восьми раз) судьбой. Проблема эта громадна по значимости. Она далеко выходит за пределы гармонии только семейных отношений, но сокрушительно вмешивается в них.

Выскажусь здесь пока тезисно: в силу географических условий, по историческим обстоятельствам, благодаря безмерно распростершимся пространствам нашим прапрапрапредкам пришлось сообща и защищаться, и строить свои города, и хозяйствовать. Сложившийся здесь уклад мира, общины, коллектива, мощный соборный строй мышления в своих сильных и в своих слабых сторонах и проявлениях существенно отличался от жизнеустройства соседних стран - и от восточных с их кочевьями, и от западных с их малыми масштабами. Толстенный пласт народной истории встает за соленой русской поговоркой: "Честной вдове от каждого мужа - седьмую долю"... В Европе сложилась ситуация, где быт и процветание каждого отдельного человека в значительной степени зависели от его личных, индивидуальных усилий, от индивидуалистичности (гибкости) поведения. И поскольку семейные отношения, семейная мораль, семейные устремления суть уменьшенный слепок с общей морали господствующего миропорядка, поскольку построение семьи, отношения "М" и "Ж", отличались у нас весьма значительно от тех, что господствовали там. И вот - все перемешалось! Наши молоденькие, еще будущие матроны буйным течением, как мальки, оказались, фигурально выражаясь, занесены в садки с иной микрофлорой, с иной температурой, с инородной молодью, с иными законами выживания. Да только ли мальки!.. Осознают они это или нет - дело вторичное, первичным же является то, что и мужья, и жены оказались вовлечены в такие взаимоотношения, которые не резонируют с теми, что развивались от века. И более того: не только эмоциональный строй оказался нарушен, но и экономические обстоятельства оказались уродливо подорванными. Миллионы и десятки миллионов буйно заплескались, чтобы выбиться из неудобного русла!.. Так что не только в их невежестве дело, дорогая Нина Терентьевна. Надо еще разобраться, откуда и почему оно пошло. И по крупному судя, что именно будет способствовать желанию людей избавиться от этого невежества.